В начале 60-х годов прошлого столетия «высокие лбы» союзного Совета министров придумали блестящую комбинацию. Вдали от месторождений каменного угля и железной руды, на полпути из Донбасса на Курскую магнитную аномалию они решили построить литейный завод, который обеспечил бы металлом один из флагманов сельскохозяйственного машиностроения – харьковский завод «Серп и Молот». Идея вроде бы неплохая – все равно ведь из Донецкой в Курскую область навстречу друг другу непрерывно сновали товарняки с углем и рудой. Почему бы, действительно, часть сырья не сгрузить по дороге? Вот так в 1966 году выпустил свою первую продукцию Купянский литейный завод.






«Высокие лбы» не заглядывали на сто лет вперед, да, собственно, никто перед ними такой задачи и не ставил. Всем было невдомек, что жить по экономическим законам, действовавшим в то время, оставалось всего-ничего – около четверти века. Небольшой, в сущности, срок, даже для человеческой жизни.

Прошли годы. На пути угольно-рудных перевозок выросли границы, и бывшие коллеги стали конкурентами. Всесторонняя заинтересованность в дальнейшем процветании литейного производства на Купянщине как-то сама собой угасла и в Донбассе, и - тем более - в Курске. Даже «Серпу и Молоту» стало не до периферийной литейки, потому что у «СиМа» своих забот был полон рот, а вскоре и сам завод сельскохозяйственного машиностроения «почил в бозе».

Купянский литейный сильно пострадал. Видимо, не нашлось тех, кто смог бы вовремя надоумить заводских руководителей заменить потоки курской руды не менее мощными потоками руды криворожской. Может быть, кто-то не сумел или не захотел оказать помощь сталеварам в усилении менеджмента. Возможно, не сделали чего-то еще – того, что называется прививкой. Более того – печальный пример Купянского района стал своеобразной прививкой для всей металлургии Украины и помог тем самым Донбассу. Теперь металлургическая продукция является основной статьей экспорта страны и главным источником доходов донецкой политической элиты. Разумеется, вопрос о том – все ли донетчане получили дивиденды от обладания «козырной» отраслью, остается открытым. Возможно, по истечении лет его удастся закрыть.

Есть примеры удачных прививок и на Харьковщине. Область, некогда славившаяся своим ярко выраженным машиностроительным профилем, что нашло отражение даже в гербе Харькова советских времен (помните шестеренку?), столь же резко сделала крен в сторону пищевой промышленности. Но утверждение в новом статусе не проходило гладко. Пришлось пережить непростой процесс акционирования и начавшийся почти мгновенно передел собственности, который какими только приключениями не сопровождался. Вспомните хотя бы сигареты по талонам и пожары на табачной фабрике. Вспомните непонятные ЧП на разных предприятиях. Или постоянное «кидалово» по зарплате работников макаронки. Или бестолковую возню на сахарных заводах, когда на высоком уровне всерьез обсуждался вопрос чуть ли не о полном сворачивании производства сахара в области. И что же в результате?

А в результате все это оказалось всего лишь прививкой, хотя и весьма болезненной. После нее экономика мало того, что выжила, так еще и окрепла. И если уж зашел разговор о том же сахаре, то производство сахарного песка в области увеличилось со 123 тысяч тонн в 2003 году и 147 тысяч тонн в 2004 году до 201 тысячи тонн в 2006 году. Да и макаронных изделий за тот же период времени стали производить в два с лишним раза больше. Конечно, многие предприятия подверглись нелегким испытаниям, а кое-какие «неисправимые» даже пришлось закрыть. Но в конечном-то итоге отрасль выиграла, а значит – выиграли те, кто в этой отрасли работает, и пенсионеры, которые сильно зависят от того, как все остальные трудятся и сколько они за свой труд получают.

Честь и хвала директору Дублянского завода Василию Сергиенко за заботу о своих рабочих и ИТР, а также за блестящие финансовые показатели, которых удалось добиться за считанные месяцы на полностью «убитом» предприятии. Дружное «ура» - заместителю директора спиртзавода Руслану Тарасенко, который во время рейдерской атаки сумел грамотно организовать оборону проходной и вдобавок ко всему предотвратил линчевание налетчиков возбужденной толпой. Но подумаем – а вдруг визит рейдеров ни что иное, как очередная прививка.

Известно, что завод – последняя надежда практически всех жителей небольшого поселка. Однако очень уж пугающе выглядят корпуса предприятия с там и сям выбитыми стеклами в оконных проемах. И совершенно непонятно, как вплотную к заводской стене годами живут люди, и, главное – чем они там дышат!? Даже если вы случайно окажетесь в паре километров от спиртзавода, и даже если вам крепко завяжут глаза – вы все равно найдете заводскую проходную. По запаху. Если бы случилось чудо, и Дублянский завод по мановению волшебной палочки переместился бы в Харьков, то нет сомнений в том, что он не проработал бы здесь и месяца. Санэпидемстанция - напуганная десятками тысяч жалоб капризных, избалованных, непривычных к сногсшибательным «ароматам» харьковчан - закрыла бы такое предприятие моментально. Ясно, что довести производство до современного уровня на Дублянском спиртзаводе будет непросто. Придется основательно обновить оборудование и обратить внимание на очистку и фильтрацию всего, что положено очищать и фильтровать перед тем, как выбросить в атмосферу.

Вот и получается, что злые и бездушные рейдеры - никакие не рейдеры вовсе, а предлог, неприятная, но, по сути, небольшая прививка. Действительно, если бы не они, кто бы тогда обратил внимание на завод, заброшенный среди полей и лесов Краснокутского района на самом краю Харьковской области? Не исключено, что свободные экономические зоны тоже в определенном смысле выполняют некую профилактическую функцию.

Спору нет, сейчас СЭЗ Донецкой области губительно сказываются на отечественном производителе мяса. Все об этом знают. СЭЗ, безусловно, прибыльная, но коварная штука. Донецкие СЭЗ характерны тем, что прибыли оседают в Донецке, а проблемы достаются нам с вами. Но с вредными свободными зонами можно бороться. Более того, их даже закрыть можно, и тогда нашим животноводческим фермам ничто не будет грозить.

Ничто не будет грозить сегодня. А завтра-послезавтра страна вступит во всемирную организацию торговли, где всякие ограничительные меры, направленные на создание тепличных условий для каких бы то ни было производителей, приветствовать не будут. Поэтому «завтра» закупочная цена мяса в живом весе все равно снизится до 1 – 1,2 евро за килограмм, и наши производители мяса об этом знают. Однако теперь цена упадет окончательно и бесповоротно, раз и навсегда, и времени на то, чтобы в срочном порядке что-то исправить в животноводстве, уже не будет. Пока же, благодаря прививкам, это время есть.

УРА-Информ.Харьков

версия для печати отправить другу обсудить на форуме